geosts (geosts) wrote,
geosts
geosts

Гордый Шнырь (лирика)

"подчинённый человек, исполняющий указания безоговорочно";
"который привлекается к выполнению общественной, но несложной работы, пройдоха и плут";
"человек, слоняющийся без дела без цели или с целью что либо украсть или кого либо обмануть";
"у него нет своего мнения, он делает всё, что ему говорят, только – за боюсь".

Шнырь прекрасно разбирается в людях,  и часто, у менее развитых, жадных и завистливых людей, может создавать впечатление профессионала в той или иной области. Шнырь смотрел в окно на нежданный снег и ни о чём не думал,  по причине глубочайшей мелкости и  не развитости. Со стороны казалось, что Шнырь занят умственным процессом и разработкой очень ёмкой и важной задачи, которая подвластна именно одному ему, из всей той группы шнырей, которые крутились вокруг него, заходили,  уходили, оставались, ждали указаний и  сильно  злили своей беззаботностью, не подающего виду Шныря. Зачастую, этот внешний образ Шныря, другие, рангом меньшие шныри, воспринимали как: вершину, выдержку, спокойствие, уравновешенность, глубокость, опытность, стойкость и порою даже отвага. Им было невдомёк, что  Шнырю, просто некуда наполняться, он такой же мелкий, как и все они , даже мельче многих, столько же места в памяти, не большее ни меньше. Как ни странно, но и сам Шнырь этого не понимал,  не предполагал и ни разу не возникало обстоятельств, которые бы   его сподвигли подумать или поразмышлять об этом. Более того, он имел особое мнение о своей избранной натуре, гармонично находящейся в данной иерархии. Шнырь,  приписывал всю заслугу своего уютного  пребывания в данной структуре и статусе , сугубо свои личным и редким деловым качествам, которые, как он не безосновательно считал, именно сам лично и развил упорным  трудом, самоорганизацией и изворотливостью. Другие иерархии,  Шнырю были попросту не ведомы.  Он догадывался и знал, что есть, какие-то другие люди, группы, структуры, что-то мутят, что-то делают и производят, работают и получают удовольствия, но все они  были для него как иностранцы, как другие государства. Конечно, с многими этими «иностранцами», Шнырь пересекался, по роду деятельности и поручений, даже с некоторыми общался и имел схожие интересы, но Шнырь,  даже часто не понимал смысловую нагрузку слов этих других, сохраняя при этом внешнюю и внутреннюю невозмутимость и осмысленность. Они были  для него, как  иноземцы, с которыми более-менее мирно сосуществует его группа, которой он очень гордился, знал и почитал. Это непонимание Шныря ничуть не смущало, по причине сильно развитого равнодушия, которое Шнырь уверенно считал сдержанностью и выдержкой.
Tags: лирика
Subscribe
promo geosts май 7, 11:58 3
Buy for 10 tokens
«ибо каждый раб отлично представляет себя на месте господина, но мало кто представляет себя на месте бескорыстного освободителя» Большинство менеджеров, которые появились в 2000-2010гг стали преступниками, тайные дела их вдруг стали явными. А появилось их за те годы очень…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments